Обе теории (теория интересов и теория напряжения) не исключают друг друга. В политике мы всегда имеем дело с целями и интересами политических субъектов, на которые в свою очередь влияют ценности, традиции, общекультурный контекст. В поворотные времена истории попытка идеологий воспроизвести иные социальные отношения имеют значение к такому их строительству, которое делает возможным целенаправленное действие внутри них. В этой связи К. Герц ярко и образно охарактеризовал идеологии как «карты проблематичной социальной реальности, которые позволяют коллективное понимание и осмысление изменений и вызовов, с которыми сталкивается общество.» В качестве таковых они обеспечивают «новые когнитивные путеводители для общества и могут помочь в восстановлении порядка.» Как карты реальности, идеологии структурируют смысл и концептуализацию политического мира. Идеологии также делают возможным выбор осознанных дилемм, вследствие чего занимают центральное место в политическом осмыслении и принятии решений.

Обе теории выступают как взаимодополняющие части общей концепции идеологии. Как говорил К. Герц, теория «напряжения» возникла в ответ на эмпирические трудности, встречаемые теорией интересов. По сравнению с теорией интересов теория напряжения менее упрощенна, менее конкретна, но более проницательна и более исчерпывающа. Однако, несмотря на всю утонченность в выявлении мотивов идеологической заинтересованности, анализ содержания и последствий такой заинтересованности, проводимый на основе теории напряжения, остается все же неуловимым. Диагностически он убедителен, функционально — нет. Именно здесь, в исследовании социальных функций и ролей идеологии, в отличие от ее детерминант, сама теория напряжения начинает давать сбой, а ее преимущественная острота по сравнению с теорией интереса — улетучиваться.

Общий вывод состоит в следующем. Каждый подход имеет право на жизнь, ибо высвечивает такую грань в идеологических движениях, которую не способен анализировать лишь один из них. То же самое можно сказать и по-другому: каждый из них имеет свои ограничения. Но в любом случае они уводят нас от бесплодных дискуссий определительного анализа, обеспечивая внутреннюю взаимосвязь между политическими изменениями и идеологией. Из соединения обеих теорий вытекает интегративное определение идеологии. Это соединение неизбежно, поскольку интересы формируются в идеально смысловом пространстве. Только в таком пространстве складываются масштабные цели.

Идеология, по мнению французского философа Дестюта де Траси, - это идеи, позволяющие установить твердые основы для политики, этики и т.д.

Страницы: 1 2 3 


Другие статьи:

Политические системы
Вопрос1. Система – совокупность двух и более элементов соединенных устойчивой связью. Теория систем активно начинает развиваться в западной Европе с конца 19 века. Сначала возникает так называемая общая теория систем, которая относитс ...

Правовое социальное государство. Понятие правового государства
Правовое государство — реальное воплощение идей и принципов конституционализма. В его основе лежит стремление оградить человека от государственного террора, насилия над совестью, мелочной опеки со стороны органов власти, гарантировать инд ...

Учение Рудольфа Иеринга о праве и государстве
Если право – закон, в положительном изменчивом праве нельзя не видеть лишь выражения человеческого понимания права; само право, неизменное, как всякий закон, должно быть от него отлично. Уйти от этого вывода возможно лишь под одним услови ...