Корпорация власти » Лживость пропаганды, псевдоновости, коррупция, роль оппозиции, реанимация ценностей

Лживость пропаганды, псевдоновости, коррупция, роль оппозиции, реанимация ценностей
Страница 22

Оппозиция оказывается не нечленораздельным криком, раздающимся с задворок бытия, а явлением, вложенным в систему, интегрированным во власть, поглощенным властью. Власть подчиняет себе собственное отрицание, которое после такого подчинения перестает быть отрицанием. Оппозиция, быть может, не просто сохраняется, а специально создается одними и теми же людьми в одном и том же кабинете для отвода глаз, но на деле она не представляет из себя ничего серьезного. Партии и профсоюзы существуют в большинстве своем не для того, чтобы выражать интересы тех или иных категорий гражданского населения, не для того, чтобы оппонировать власти, не для того, чтобы указывать ей на ее ошибки [которые она должна исправить]; скорее, смысл их существования заключен в том, чтобы скрыть смерть партий и профсоюзов. Собственно, слово «оппозиция» здесь уместно лишь как слово, взятое в кавычки. Она мало что детерминирует, ее влияние мало что из себя представляет, оппозиция сохраняет свою действенность прежде всего в качестве симулятивной референции. Она искусно встроена в систему, поглощена системой, ее оппозиционность сохраняется системой как фантазм, который отводит взгляд в сторону от очевидности состояния всеобщей манипулируемости. В случае, если какой-то элемент начинает разрушать систему, он или должен быть уничтожен или должен быть трансформирован так, чтобы стать интегрированным в систему. Лучшая монополия – создание видимости множеств. Власть, сохраняя себя и обеспечивая контроль, множится, перетекает в оппозицию, не централизуясь в одном месте. Так, оппозиция включается в создаваемый властью символический обмен.

Как пишут А. Бард и Я. Зондерквист, наличие видимости противоречий в государственном лагере необходимо для сокрытия того факта, что все эти группировки внутри власти на самом деле сотрудничают друг с другом ради предотвращения настоящей оппозиции. Поэтому такие названия, как консерваторы, либералы, социалисты и прочие «исты» – в основном являются приверженцами одной и той же властной структуры. А здравые нарушители порядка привлекаются правящим классом предложениями выгодных позиций поближе к кормушке[227]. И если авторы описывали таким образом систему феодализма, рассматривая российскую современность, мы находим в ней эти же явления. Все так же потенциальные нарушители санкционированного сверху порядка вербуются или давятся. И не так уж важно, какой инструментарий идет в ход – вербовка или давление. Главное, что с ними работают во благо укрепления государства, а не во благо народа. Многопартийность, свобода слова – это лучшее для нормальных граждан и худшее для единороссов.

Один из самых явных примеров давления на оппозицию – сложившаяся ситуация с партией «Воля». Это молодая партия, пока еще не совсем известная в стране, но ее активисты работают в разных городах, информируя население о единоросских преступлениях и знакомя народ со своей программой. Если та или иная общественная организация набирает необходимый минимум голосов, закрепленный в Конституции, то она имеет право официально регистрироваться как партия. Когда «Воля» набрала необходимое и даже превышающее необходимое количество голосов, ей отказали в регистрации, не предоставив никакого убедительного объяснения мотивов отказа. Причем отказали трижды. Разве это не преступление, разве это не нарушение законов, разве это не игра с двойными стандартами? И наверняка в стране существуют и другие объединения, которым таким же образом втыкаются спицы в колеса, но мы о них не знаем, поскольку, по мнению государственников, обычный люд о них знать не должен. И препоны, которыми перекрывается кислород подобным объединениям, выступают основной причиной нашего незнания о их существовании.

Я не считаю себя активистом и идейным приверженцем партии «Воля», хотя, возможно, она является одной из немногих из всех ныне существующих партий, кто стремится не к обогащению и к поддержке установленного политического режима, а к реализации народных прав и свобод, закрепленных в Конституции. Грубо говоря, ее политическая программа сводится к реанимированию Конституции. Хотя личный опыт общения с ее приверженцами послужил возникновению у меня некоторого рода сомнений относительно их реального стремления к воплощению в жизнь этой светлой цели в первую очередь из-за характера их взаимодействия с населением. Микрофизика их власти заключена в том, что, ратуя за права и свободы простого народа, они тем не менее, как мне показалось, используют средства убеждения, многие из которых можно назвать манипуляционными: среди них есть неартикулируемый принцип «кто не с нами, тот против нас» и свойственная многим авторитарным объединениям установка на разделение «Мы» и «Они» («мы – единственная не купленная партия», говорят партийцы, и слово «единственная» режет слух). Да и внутренняя организация партии также предполагает определенного рода суггестивность по отношению к своим же активистам для их мотивации к еще более активной работе на партию. В их среде наблюдается безоговорочное подчинение лидеру и постоянные ссылки на авторитетное лидерское мнение (которым испещрены все партийные листовки), что говорит об этаком культе личности. Более того – их лидер пишет предельно упрощенные (как говорится, понятные дураку) книжки, и эта редукция приводит не только к их пониманию массами (чем проще написано, тем более популярно в массах), но и пробуждает отношение к ним как к чему-то действительно достойному, хотя едва ли необходимо опускаться до уровня обывателя и специально упрощать язык своих книг: в конечном счете, можно и матом писать, чтобы уж до всех без исключения дошло. Я не говорю о том, что необходимо в популярных книжках использовать совершенно непонятные фетишизированные лингвистические конструкты, фигурирующие только в лоне науки, но и заниматься лингвистическим редукционизмом и просветительством посредством упрощенческого популизма – не лучшее действо автора, который тем самым, претендуя в своих текстах на передачу неких научных истин, по сути дискредитирует науку. Да и бреда в этих книгах хватает – причем откровенного бреда, касающегося как глобальных, так и приземленных бытовых вещей, которыми наполнена общественная и индивидуальная жизнь[228]… Этот бред не открывает людям глаза, а служит приманкой, на которую успешно клюют и благодаря которой боготворят автора – этакий пиар-ход для рекламы себя и партии. Партийцы, начитавшись этих мудрствующих опусов, отравившись ими, идут за лидером как за непререкаемым гуру, учителем на всю оставшуюся жизнь. Я понимаю доверие людей к великим мыслителям (Бакунин, Кропоткин, Маркс и т.д.), но святая вера в псевдомыслителей, сделавших себе имя не мыслью, а ее камуфляжем, – это явно ненормально. Когда я смотрел выступления лидера партии «Воля» и когда читал ее книги, у меня складывалось впечатление, будто она знает не только способ решения какой-то конкретной проблемы, но и знает, как привести народ к городу Солнца, к чуду, какого еще нигде и никогда не было. И многие ее приверженцы вправду верят в то, что эта партия совершит нечто невозможное, забывая о том, что человек, который обещает слишком многое или стремится сотворить слишком многое [в политике, медицине или в любой науке], который – ни много ни мало – изобретает философский камень, по большей части является шарлатаном. Конечно, ни один настоящий сподвижник не защищен от появления поклонников, которые будут воспринимать все его идеи в качестве непререкаемых истин. Вокруг хороших специалистов в какой-либо области, а не только вокруг шарлатанов, иногда образуется кольцо преданных во всем людей – до неразумия преданных, и проблема кроется необязательно в специалисте, который и не задается целью привязать их к себе, а в самих людях. Из той же самой психологии я знаю много примеров, когда хороший психолог пользовался популярностью подобных лиц, которые по сути оказывали ему медвежью услугу. Однако я не думаю, что ситуация с лидером партии «Воля» именно такова. Рядом с квалифицированными специалистами есть много «священных коров», пользующихся дутым авторитетом. Смею предположить, что если Пеунова когда-нибудь придет к управлению страной, ее приход ознаменует расцвет лженауки, для которой характерно «изучение» чакр, энергоинформатики и прочих аномалий.

Страницы: 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27


Другие статьи:

Участие в выборах Президента России
14 ноября 2005 года с назначением Дмитрия Медведева на восстановленный пост первого заместителя Председателя Правительства, курирующего нацпроекты (помощником Медведева и директором департамента нацпроектов был назначен сын друга Путина Б ...

Политический менеджмент как форма управления. Понятие политического менеджмента
Политические процессы проистекают в условиях неопределенных событий, начиная с предвыборных кампаний, когда основы демократического общества предоставляют базу равноправной конкуренции. Наиболее вероятными выступают устойчивые события, но ...

Конституция
Сам термин «конституция» в науке употребляется в двух значениях. Первое из них, часто обозначаемое термином «реальная конституция», восходит к Аристотелю, который в своей знаменитой «Политике» трактовал конституцию как «определенный поряд ...